Убийство на Садовой: петербургский уголовный роман (редкость, полный комплект)
— СПб
9 000 ₽
Издательство: Типо-литография Корпуснова
Год издания1904
Страниц48
Описание
Перед вами редкий анонимный уголовный роман, известный среди собирателей тем, что многие экземпляры, как правило, оказывались «за истории» зачитанными до потери товарного вида. Данный экземпляр — полностью комплектный, без штампов, что особенно ценится для букинистики. Книга оформлена в владельческую обложку; на ней наклеена оригинальная издательская обложка. Формат несколько увеличенный — такие издания приятно держать в руках и удобно читать, а также легко разместить в частной библиотеке рядом с другими петербургскими криминальными историями начала XX века.
Сюжет переносит читателя на одну из самых узнаваемых улиц Санкт-Петербурга — Садовую. Город здесь живёт привычным шумом: днём и сейчас на улице толпятся люди, а в районе примыкающего к ней шумного Апраксина двора постоянно ощущается напряжённая суета. На этом фоне особенно контрастно выглядит ночное происшествие, разрушающее спокойствие дома: в квартире начинается пожар, а затем обнаруживается мёртвая женщина — с раздробленной головой кастетом. Следствие сразу получает одну из самых интригующих «пазлов» криминальной литературы: квартира заперта изнутри. Фактически требуется взлом, чтобы попасть внутрь, что создаёт ощущение загадочности и невозможности совершения преступления обычным способом.
Дополнительные детали усиливают мрачную атмосферу. Между пальцев жертвы зажаты рыжие волосы — важнейшая улика, способная указать на конкретного человека или на обстоятельства борьбы. В тексте также отмечается, что хозяйка квартиры промышляла проституцией (или привлекала к этому податливых женщин), а потому круг вероятных свидетелей и знакомых существенно расширяется. Действие тесно привязано к городским маршрутам: неспящий дворник, который дежурит у дома на Садовой, становится ключевым наблюдателем и сообщает, что видел выходящего на Фонтанку посетителя в тот момент, когда произошло преступление. Таким образом, привычные петербургские топонимы — Садовая, Апраксин двор, Фонтанка — работают не просто как фон, а как полноценная часть расследования.
По своему построению история напоминает одну из дальних вариаций классической «запертой комнаты»: убийство оказывается не только жестоким, но и логически трудным для объяснения. Здесь нет необходимости в кровавой сенсационности — на сей раз всё ограничивается трагедией в квартире, без изощрённой расчленёнки и без последующего «выноса частей тела» в Фонтанку. Напротив, роман удерживает внимание через загадку закрытого пространства и через цепочку наблюдений, где любая мелочь может оказаться решающей.
Книга подходит тем, кто ищет редкие дореволюционные образцы анонимной криминальной прозы, ценит петербургский колорит и любит сюжеты с запутанным расследованием, атмосферой улиц и дворов, а также культом «улики» и логической разгадки.
Сюжет переносит читателя на одну из самых узнаваемых улиц Санкт-Петербурга — Садовую. Город здесь живёт привычным шумом: днём и сейчас на улице толпятся люди, а в районе примыкающего к ней шумного Апраксина двора постоянно ощущается напряжённая суета. На этом фоне особенно контрастно выглядит ночное происшествие, разрушающее спокойствие дома: в квартире начинается пожар, а затем обнаруживается мёртвая женщина — с раздробленной головой кастетом. Следствие сразу получает одну из самых интригующих «пазлов» криминальной литературы: квартира заперта изнутри. Фактически требуется взлом, чтобы попасть внутрь, что создаёт ощущение загадочности и невозможности совершения преступления обычным способом.
Дополнительные детали усиливают мрачную атмосферу. Между пальцев жертвы зажаты рыжие волосы — важнейшая улика, способная указать на конкретного человека или на обстоятельства борьбы. В тексте также отмечается, что хозяйка квартиры промышляла проституцией (или привлекала к этому податливых женщин), а потому круг вероятных свидетелей и знакомых существенно расширяется. Действие тесно привязано к городским маршрутам: неспящий дворник, который дежурит у дома на Садовой, становится ключевым наблюдателем и сообщает, что видел выходящего на Фонтанку посетителя в тот момент, когда произошло преступление. Таким образом, привычные петербургские топонимы — Садовая, Апраксин двор, Фонтанка — работают не просто как фон, а как полноценная часть расследования.
По своему построению история напоминает одну из дальних вариаций классической «запертой комнаты»: убийство оказывается не только жестоким, но и логически трудным для объяснения. Здесь нет необходимости в кровавой сенсационности — на сей раз всё ограничивается трагедией в квартире, без изощрённой расчленёнки и без последующего «выноса частей тела» в Фонтанку. Напротив, роман удерживает внимание через загадку закрытого пространства и через цепочку наблюдений, где любая мелочь может оказаться решающей.
Книга подходит тем, кто ищет редкие дореволюционные образцы анонимной криминальной прозы, ценит петербургский колорит и любит сюжеты с запутанным расследованием, атмосферой улиц и дворов, а также культом «улики» и логической разгадки.
