Следственное дело об убийстве Дмитрия Царевича в Угличе (15 мая 1591 г.). Палеографическое исследование и разбор показаний свидетелей
Москва тип
30 000 ₽
Год издания1907
Страниц30
Описание
В книге рассматривается одно из самых известных и драматичных дел в истории Русского государства — следственное расследование об убийстве царевича Дмитрия в Угличе 15 мая 1591 года. Автор опирается на сохранившуюся рукопись угличского следственного дела и проводит палеографический анализ документа, позволяющий по особенностям письма и следам переработок судить о том, как материал проходил редакцию, переписывался, дополнялся и, возможно, подвергался подтасовкам. Такой подход дает читателю возможность взглянуть на «механизм создания» текста следственного дела: что в нем могло быть исправлено, перераспределено или подогнано под нужный вывод.
Отдельный акцент сделан на спорных вопросах реконструкции событий. Автор не ограничивается пересказом общеизвестных версий, а вступает в научную дискуссию и соотносит собственные наблюдения с интерпретациями Н. М. Карамзина и С. М. Соловьева. Это позволяет показать, как меняется аргументация исследователя при углублении в первоисточник: какие детали кажутся существенными, где возникают разночтения, и почему одни прочтения дают одну хронологию происшедшего, а другие — иную.
Особенно полезной для читателя станет включенная в книгу работа со сведениями о свидетелях. Приводится полный алфавитный список лиц, оставивших свои имена в следственном деле. Подчеркивается масштаб привлеченных показаний: всего упоминаются «…лица, оставившие свои имена в следственном деле… 152 человека» (при этом оговаривается, что не учитываются те, кто появляется в тексте без собственных имен). Далее автор проводит уточняющую выборку: после исключения отдельных категорий (следователи, сам царевич Дмитрий, царь Федор Иоаннович, убитые и иные лица, о которых говорится вскользь или без пояснений, ведущих к делу) остается 58 человек, дающих непосредственные основания для дальнейших выводов. В результате определяется, что число лиц, сообщивших сведения о смерти Дмитрия, составляет 94. Отдельно отмечается показание лишь одного очевидца — стряпчего Семейку Юдина, который утверждает, что видел, как царевич накололся.
Книга адресована тем, кто интересуется историей Смутного времени и предпосылками политических переломов конца XVI века, а также читателям, увлеченным источниковедением: здесь важны и документальная база, и критическое отношение к тексту, и попытка отделить фактическое ядро от возможных редакторских вмешательств. Издание выполнено в старом формате и снабжено шрифтовой издательской обложкой; современный муаровый переплет сохраняет внешний облик, близкий к оригинальной подаче текста.
Содержание ориентировано на работу с первоисточником: читатель получает не только исторический рассказ, но и метод исследования — как через текст и его «почерк эпохи» выстраивать аргументированное понимание происшедшего.
Отдельный акцент сделан на спорных вопросах реконструкции событий. Автор не ограничивается пересказом общеизвестных версий, а вступает в научную дискуссию и соотносит собственные наблюдения с интерпретациями Н. М. Карамзина и С. М. Соловьева. Это позволяет показать, как меняется аргументация исследователя при углублении в первоисточник: какие детали кажутся существенными, где возникают разночтения, и почему одни прочтения дают одну хронологию происшедшего, а другие — иную.
Особенно полезной для читателя станет включенная в книгу работа со сведениями о свидетелях. Приводится полный алфавитный список лиц, оставивших свои имена в следственном деле. Подчеркивается масштаб привлеченных показаний: всего упоминаются «…лица, оставившие свои имена в следственном деле… 152 человека» (при этом оговаривается, что не учитываются те, кто появляется в тексте без собственных имен). Далее автор проводит уточняющую выборку: после исключения отдельных категорий (следователи, сам царевич Дмитрий, царь Федор Иоаннович, убитые и иные лица, о которых говорится вскользь или без пояснений, ведущих к делу) остается 58 человек, дающих непосредственные основания для дальнейших выводов. В результате определяется, что число лиц, сообщивших сведения о смерти Дмитрия, составляет 94. Отдельно отмечается показание лишь одного очевидца — стряпчего Семейку Юдина, который утверждает, что видел, как царевич накололся.
Книга адресована тем, кто интересуется историей Смутного времени и предпосылками политических переломов конца XVI века, а также читателям, увлеченным источниковедением: здесь важны и документальная база, и критическое отношение к тексту, и попытка отделить фактическое ядро от возможных редакторских вмешательств. Издание выполнено в старом формате и снабжено шрифтовой издательской обложкой; современный муаровый переплет сохраняет внешний облик, близкий к оригинальной подаче текста.
Содержание ориентировано на работу с первоисточником: читатель получает не только исторический рассказ, но и метод исследования — как через текст и его «почерк эпохи» выстраивать аргументированное понимание происшедшего.
