«Петербургские зимы»: литературные воспоминания и лирическая проза Георгия Иванова
Георгий Владимирович Иванов
30 000 ₽
Издательствоимени Чехова 1952г
Год издания1952
Страниц241
Описание
«Петербургские зимы» Георгия Владимировича Иванова — книга на редкой границе жанров: это не строго документальные мемуары и не художественная «чистая» выдумка, а лирическая проза, в которой автор намеренно сохраняет условность памяти. Слова Берберовой о том, что здесь «75 % выдумки и 25 правды», точно обозначают художественный принцип: читателю предлагается не протокол эпохи, а живое, внутренне достоверное переживание времени и круга людей.
На страницах книги действуют участники предреволюционной петербургской литературной и артистической жизни. Это поэты и писатели, чьи имена стали символами целой культурной эпохи: А. Ахматова, А. Блок, С. Городецкий, Н. Гумилев, С. Есенин, Р. Ивнев, Н. Клюев, М. Кузмин, О. Мандельштам, В. Нарбут, Б. Пронин, Б. Садовской, И. Северянин, Ф. Сологуб и многие другие. Их голоса и характеры возникают в тексте не как справочные данные, а как настроения, интонации, жесты, «мелочи памяти», из которых складывается общий образ города.
Центральное пространство книги — Петербург «зимнего типа»: холодный воздух, свет и тени, особая ритмика улиц и комнат, ощущение времени, когда привычное становится символом. Зима здесь работает не только как сезон, но и как художественный фильтр: она сгущает впечатления, усиливает контраст между повседневным и значительным, между частным разговором и историческим эхом. Отсюда и тональность повествования: мягкая, временами ироничная, одновременно теплая и слегка отстраненная — такая, какую чаще всего рождает эмигрантская дистанция и позднее осмысление.
Георгий Владимирович Иванов (1894–1958), русский поэт, прозаик и публицист, один из крупнейших представителей поэзии русской эмиграции, пишет книгу так, чтобы она оставалась чтением «для слуха». Это текст о людях культуры, о внутренней музыке литературного круга, о том, как формируется ощущение эпохи через личные впечатления. Для читателя «Петербургские зимы» — возможность войти в атмосферу Серебряного века с позиции живого художественного свидетеля: не факты сами по себе, а их литературная оправа.
Книга подойдет тем, кто ищет погружение в предреволюционный Петербург, ценит лирическую прозу, интересуется историей литературы и хочет прочитать мемуарность как художественный прием. Здесь каждая страница работает как тонко настроенная сцена: город и люди словно растворяются в общем холодном свете — и возвращают читателю то самое чувство времени, которое невозможно пересказать напрямую, но можно почувствовать.
На страницах книги действуют участники предреволюционной петербургской литературной и артистической жизни. Это поэты и писатели, чьи имена стали символами целой культурной эпохи: А. Ахматова, А. Блок, С. Городецкий, Н. Гумилев, С. Есенин, Р. Ивнев, Н. Клюев, М. Кузмин, О. Мандельштам, В. Нарбут, Б. Пронин, Б. Садовской, И. Северянин, Ф. Сологуб и многие другие. Их голоса и характеры возникают в тексте не как справочные данные, а как настроения, интонации, жесты, «мелочи памяти», из которых складывается общий образ города.
Центральное пространство книги — Петербург «зимнего типа»: холодный воздух, свет и тени, особая ритмика улиц и комнат, ощущение времени, когда привычное становится символом. Зима здесь работает не только как сезон, но и как художественный фильтр: она сгущает впечатления, усиливает контраст между повседневным и значительным, между частным разговором и историческим эхом. Отсюда и тональность повествования: мягкая, временами ироничная, одновременно теплая и слегка отстраненная — такая, какую чаще всего рождает эмигрантская дистанция и позднее осмысление.
Георгий Владимирович Иванов (1894–1958), русский поэт, прозаик и публицист, один из крупнейших представителей поэзии русской эмиграции, пишет книгу так, чтобы она оставалась чтением «для слуха». Это текст о людях культуры, о внутренней музыке литературного круга, о том, как формируется ощущение эпохи через личные впечатления. Для читателя «Петербургские зимы» — возможность войти в атмосферу Серебряного века с позиции живого художественного свидетеля: не факты сами по себе, а их литературная оправа.
Книга подойдет тем, кто ищет погружение в предреволюционный Петербург, ценит лирическую прозу, интересуется историей литературы и хочет прочитать мемуарность как художественный прием. Здесь каждая страница работает как тонко настроенная сцена: город и люди словно растворяются в общем холодном свете — и возвращают читателю то самое чувство времени, которое невозможно пересказать напрямую, но можно почувствовать.
