Мы и они. Франция. Высказывания русских писателей о Париже и французах
Берлин изд
36 000 ₽
Год издания1931
Страниц295
Описание
Перед вами сборник размышлений и оценок русских писателей о Франции, Париже и французском характере — книга, построенная как своеобразный диалог «Мы» и «они». В центре издания — взгляды авторов разных поколений: от классиков, чьи имена прочно связаны с формированием русской культурной традиции, до писателей более позднего времени. Читатель встречает тексты и реплики, которые помогают понять, как в России воспринимали французскую действительность: нравы, общественную атмосферу, тип «французского буржуа», манеры и привычки жителей страны, ставшей в культурном воображении одной из главных европейских точек отсчёта.
Состав книги подчёркивает, что оценки могут быть «страстными» и подчас «пристрастными». В предисловии составителей отмечается: дело не только в личной темпераментности авторов, но и в более широком историко-культурном контексте. Если в суждениях преобладают критические интонации, они объясняются не единым шовинизмом, а особенностями того, как развивалась русская культура и как в ней формировались ожидания по отношению к буржуазной Европе. Отдельной линией проходит сопоставление: с середины прошлого века Франция становится для многих образцом «третьего сословия», тогда как в России, как утверждается в предисловии, подлинной буржуазной культуры долго не существовало. На этом фоне особенно ярко проявляется неприязнь к типу французского буржуа — и со стороны писателей дворянского круга, и со стороны тех, кто воспринимал «буржуазность» как вызов привычной картине мира.
В издание включены высказывания, охватывающие широкий спектр литературных голосов. Среди упомянутых в описании авторов — В. Тредьяковский, Фонвизин, Карамзин, Достоевский, Брюсов, Аксаков, Салтыков-Щедрин, Герцен, Гоголь, Блок, Тургенев и другие. Такой подбор делает книгу полезной не только для любителей литературы и истории идей, но и для читателей, интересующихся тем, как формировался русский образ Франции в культуре: через полемику, восхищение, иронию, критику и сравнение.
Отдельное место в книжном контексте занимает упоминание о переводчике и авторе — О. Савиче, который в 1920-е годы оказался за границей и поддерживал тесное знакомство с Ильёй Эренбургом, оставаясь при этом в роли человека, часто воспринимаемого «в тени» более знаменитого друга. Эта деталь придаёт изданию дополнительный исторический смысл: книга оказывается не просто подборкой текстов, а частью культурного пути и литературной среды, где сопоставление «своего» и «чужого» становилось важнейшей темой эпохи.
Издание относится к букинистической традиции и оформлено в трёхцветной иллюстрированной издательской обложке. Оно будет особенно интересно тем, кто ищет редкие, содержательные документы культурной памяти: книгу о том, как русская литература смотрела на Францию, как спорила с собственными представлениями о Европе и как через литературные свидетельства выстраивала образ «они» — в постоянном напряжении с образом «мы».
Состав книги подчёркивает, что оценки могут быть «страстными» и подчас «пристрастными». В предисловии составителей отмечается: дело не только в личной темпераментности авторов, но и в более широком историко-культурном контексте. Если в суждениях преобладают критические интонации, они объясняются не единым шовинизмом, а особенностями того, как развивалась русская культура и как в ней формировались ожидания по отношению к буржуазной Европе. Отдельной линией проходит сопоставление: с середины прошлого века Франция становится для многих образцом «третьего сословия», тогда как в России, как утверждается в предисловии, подлинной буржуазной культуры долго не существовало. На этом фоне особенно ярко проявляется неприязнь к типу французского буржуа — и со стороны писателей дворянского круга, и со стороны тех, кто воспринимал «буржуазность» как вызов привычной картине мира.
В издание включены высказывания, охватывающие широкий спектр литературных голосов. Среди упомянутых в описании авторов — В. Тредьяковский, Фонвизин, Карамзин, Достоевский, Брюсов, Аксаков, Салтыков-Щедрин, Герцен, Гоголь, Блок, Тургенев и другие. Такой подбор делает книгу полезной не только для любителей литературы и истории идей, но и для читателей, интересующихся тем, как формировался русский образ Франции в культуре: через полемику, восхищение, иронию, критику и сравнение.
Отдельное место в книжном контексте занимает упоминание о переводчике и авторе — О. Савиче, который в 1920-е годы оказался за границей и поддерживал тесное знакомство с Ильёй Эренбургом, оставаясь при этом в роли человека, часто воспринимаемого «в тени» более знаменитого друга. Эта деталь придаёт изданию дополнительный исторический смысл: книга оказывается не просто подборкой текстов, а частью культурного пути и литературной среды, где сопоставление «своего» и «чужого» становилось важнейшей темой эпохи.
Издание относится к букинистической традиции и оформлено в трёхцветной иллюстрированной издательской обложке. Оно будет особенно интересно тем, кто ищет редкие, содержательные документы культурной памяти: книгу о том, как русская литература смотрела на Францию, как спорила с собственными представлениями о Европе и как через литературные свидетельства выстраивала образ «они» — в постоянном напряжении с образом «мы».
Отзывы покупателей
Отзывов пока нет.
Похожие книги
1893
−9%
1910