Илья Эренбург. «Рвач»: сатирический роман об «оборотной стороне» НЭПа (первое издание, цензура и запрет)
Эренбург И.Г.
18 000 ₽
Издательство`Светоч` 1927г
Год издания1927
Страниц364
Обложкамягкий переплет
Описание
«Рвач» — роман Ильи Эренбурга, вышедший в СССР в 1927 году и сразу ставший предметом жесткой идеологической оценки. В короткой издательской справке указано, что книга была осмыслена как «откровенно контрреволюционная», а значит, столкнулась с механизмом запретов: по приведенным сведениям, произведение не переиздавалось вплоть до начала 1980-х годов XX века. Это делает издание особенно ценным для читателя, который интересуется не только литературой, но и тем, как менялась культурная политика страны.
Сюжет и смысл романного взгляда в описании напрямую связаны с эпохой НЭПа. Эренбург акцентирует, что в книге он показывает не «лицевую», а именно «оборотную сторону» НЭПа. Такой сатирический угол зрения подается как принцип автора: он называет себя сатириком, а не «одописцем», то есть сознательно выбирает интонацию и приемы, позволяющие говорить о реальности через критику и художественное преувеличение. В расширенном материале также присутствует пометка «Из мемуаров», а затем приводится авторский фрагмент, раскрывающий обстоятельства публикации: как рукопись и книга проходили инстанции, как приходили отказы и запреты, и почему тема цензуры стала частью истории произведения.
Отдельный интерес представляет документальность переживания автором собственной судьбы: в описании приведены его слова о том, что он «дал книгу в Госиздат», получил резкое несогласие в виде короткой записки («Книга в пределах СССР выйти не может»), а затем публикацию «зарезал Главлит». Это не просто литературный факт, а сигнал эпохи: книга оказывается на пересечении искусства, бюрократического контроля и политических ожиданий.
Материал передает и конкретную ситуацию с печатью тиража: говорится, что автор печатал около 1000 экземпляров «Рвача» на одолженные деньги, чтобы направить их руководству ВКП(б) с вопросом о причинах запрета. Тем самым издание превращается в своеобразный исторический «аргумент» — пример того, как литература пытается пробиться через официальные барьеры.
Для читателя «Рвач» — это возможность увидеть НЭП глазами сатирика, почувствовать напряжение между художественной свободой и цензурой, а также прикоснуться к реальному контексту 1920-х годов. Книга адресована тем, кто ищет не только «текст», но и культурную биографию произведения: как оно было воспринято, почему оказалось исключено из легального книжного обращения на долгие десятилетия и как сами обстоятельства публикации подчеркивают смысл сатиры Эренбурга.
«Рвач» — издание, которое стоит читать как историческую литературу и как литературную реакцию на эпоху: осторожно, внимательно и с пониманием того, что запрет и критика стали частью его «второго сюжета» — сюжета о том, как общество выбирало, какие голоса слышать, а какие должны были молчать.
Сюжет и смысл романного взгляда в описании напрямую связаны с эпохой НЭПа. Эренбург акцентирует, что в книге он показывает не «лицевую», а именно «оборотную сторону» НЭПа. Такой сатирический угол зрения подается как принцип автора: он называет себя сатириком, а не «одописцем», то есть сознательно выбирает интонацию и приемы, позволяющие говорить о реальности через критику и художественное преувеличение. В расширенном материале также присутствует пометка «Из мемуаров», а затем приводится авторский фрагмент, раскрывающий обстоятельства публикации: как рукопись и книга проходили инстанции, как приходили отказы и запреты, и почему тема цензуры стала частью истории произведения.
Отдельный интерес представляет документальность переживания автором собственной судьбы: в описании приведены его слова о том, что он «дал книгу в Госиздат», получил резкое несогласие в виде короткой записки («Книга в пределах СССР выйти не может»), а затем публикацию «зарезал Главлит». Это не просто литературный факт, а сигнал эпохи: книга оказывается на пересечении искусства, бюрократического контроля и политических ожиданий.
Материал передает и конкретную ситуацию с печатью тиража: говорится, что автор печатал около 1000 экземпляров «Рвача» на одолженные деньги, чтобы направить их руководству ВКП(б) с вопросом о причинах запрета. Тем самым издание превращается в своеобразный исторический «аргумент» — пример того, как литература пытается пробиться через официальные барьеры.
Для читателя «Рвач» — это возможность увидеть НЭП глазами сатирика, почувствовать напряжение между художественной свободой и цензурой, а также прикоснуться к реальному контексту 1920-х годов. Книга адресована тем, кто ищет не только «текст», но и культурную биографию произведения: как оно было воспринято, почему оказалось исключено из легального книжного обращения на долгие десятилетия и как сами обстоятельства публикации подчеркивают смысл сатиры Эренбурга.
«Рвач» — издание, которое стоит читать как историческую литературу и как литературную реакцию на эпоху: осторожно, внимательно и с пониманием того, что запрет и критика стали частью его «второго сюжета» — сюжета о том, как общество выбирало, какие голоса слышать, а какие должны были молчать.
