«Древо жизни»: к истории культа фаллюса и «аграрных» символов в христианских образах
Михаил Степанович Пруссак
12 000 ₽
Издательство`Атеист` [1929]г
Год издания1929
Страниц48
Описание
Перед вами первое издание книги Михаила Степановича Пруссака, посвящённое разбору того, как религиозные формы и символы христианства могут пониматься в контексте более древних культов растительной плодовитости, аграрных ритуалов и фаллической символики. Работа входит в круг так называемых «разудалых антирелигиозных книг» 20–30-х годов и рассматривается как часть идейной полемики того времени: религию предлагается анализировать не как откровение, а как культурный механизм, рождающий и закрепляющий определённые представления о страдании, спасении и «возрождении».
В основе исследования — сопоставление ключевых элементов христианского культа с мотивами сотерических (спасающих) религий: религий страдающего и воскресающего бога-сына, а также культов материнских божеств, связанных с плодородием. Автор последовательно разбирает, как аграрно-фаллический характер культов мог «переводиться» в христианские сюжеты и образы, и в чём, по его мнению, христианский культ отличался от иных культов растительных божеств. Отдельное внимание уделяется «криптограммам Христа» — скрытым смысловым связям, которые, по замыслу автора, проявляются в символическом строе рассказов и обрядов.
Далее рассматривается формирование культа Девы Марии и его установление, а также роль культов богинь матерей — дев богородиц. По тексту, богини матери трактуются как фаллические растительные божества, то есть как культурные образы плодородия, получившие религиозную «упаковку» и традицию. Здесь же затрагиваются «криптограммы благовещения Девы Марии» и аграрные праздники, связанные с циклом сезонов и плодоношением.
Третья часть обращает к христианскому культу креста: что такое «крест» в символическом смысле, как он соотносится с древними образами и почему в этой теме всплывает множественность и многоликость (указано упоминание Дионисия как многоименного и многоликого). Ключевой тезис формулируется через идею «Древа жизни» как соединения образов креста и фаллюса. В том же смысловом поле рассматриваются фаллические культы Шивы и Дурги.
Для усиления аргументации в книге приводятся иллюстративные символические соответствия: сочетания фаллических знаков с ктеис у индусов (в том числе как сочетание лингама и ионии), щит Давида как фаллический знак (соединение фаллюса и ктеис), символ женского органа у индусов и у аграрных народов древнего мира, попавший на христианскую просфору, поклонение лингаму, образы богоматери Дианы (Артемиды), а также сюжеты о Герме Либера и Либеры — римских Дионисии и Афродите. В целом книга построена как попытка показать преемственность символов и объяснить, как древние знаки плодородия и «жизненного дерева» могут быть скрыто включены в религиозные формы.
Издание указано как: М.: Издательство «Атеист» [1929], 48 страниц. Современный переплёт; под переплётом сохранены передняя и задняя издательские обложки, немного увеличенный формат.
В основе исследования — сопоставление ключевых элементов христианского культа с мотивами сотерических (спасающих) религий: религий страдающего и воскресающего бога-сына, а также культов материнских божеств, связанных с плодородием. Автор последовательно разбирает, как аграрно-фаллический характер культов мог «переводиться» в христианские сюжеты и образы, и в чём, по его мнению, христианский культ отличался от иных культов растительных божеств. Отдельное внимание уделяется «криптограммам Христа» — скрытым смысловым связям, которые, по замыслу автора, проявляются в символическом строе рассказов и обрядов.
Далее рассматривается формирование культа Девы Марии и его установление, а также роль культов богинь матерей — дев богородиц. По тексту, богини матери трактуются как фаллические растительные божества, то есть как культурные образы плодородия, получившие религиозную «упаковку» и традицию. Здесь же затрагиваются «криптограммы благовещения Девы Марии» и аграрные праздники, связанные с циклом сезонов и плодоношением.
Третья часть обращает к христианскому культу креста: что такое «крест» в символическом смысле, как он соотносится с древними образами и почему в этой теме всплывает множественность и многоликость (указано упоминание Дионисия как многоименного и многоликого). Ключевой тезис формулируется через идею «Древа жизни» как соединения образов креста и фаллюса. В том же смысловом поле рассматриваются фаллические культы Шивы и Дурги.
Для усиления аргументации в книге приводятся иллюстративные символические соответствия: сочетания фаллических знаков с ктеис у индусов (в том числе как сочетание лингама и ионии), щит Давида как фаллический знак (соединение фаллюса и ктеис), символ женского органа у индусов и у аграрных народов древнего мира, попавший на христианскую просфору, поклонение лингаму, образы богоматери Дианы (Артемиды), а также сюжеты о Герме Либера и Либеры — римских Дионисии и Афродите. В целом книга построена как попытка показать преемственность символов и объяснить, как древние знаки плодородия и «жизненного дерева» могут быть скрыто включены в религиозные формы.
Издание указано как: М.: Издательство «Атеист» [1929], 48 страниц. Современный переплёт; под переплётом сохранены передняя и задняя издательские обложки, немного увеличенный формат.
