Частная гимназия Фр. Креймана в Москве: устройство, педагогика и строгий распорядок
Москва Университетская тип
20 000 ₽
Год издания1870
Страниц102
Обложкакожаный переплет
Описание
В книге «Сведения о частной гимназии Фр. Креймана в Москве» представлена историческая справка о школе-пансионе, основанной по разрешению властей на открытие частных учебных заведений. Уже в 1857 году, когда «высочайшим повелением» было разрешено учреждение частных учебных заведений, в Москве начали появляться такие формы образования. Одним из первых заведений стала школа-пансион Креймана Ф.И., открытая осенью 1858 года. Издание раскрывает, как формировалась педагогическая система гимназии и чем она отличалась от казённых учебных заведений.
Главная идея педагогики Креймана — ориентация на классическое образование, выработанное в Западной Европе: программа носила образовательно-воспитательный характер, при этом основная цель сводилась к подготовке учащихся к поступлению в университет. Отдельно отмечается, что преподавательский состав включал ведущих ученых, профессоров и известных священнослужителей — то есть образование строилось на привлечении специалистов высокого уровня.
Особое внимание в тексте уделено дисциплине и повседневному распорядку. Гимназия славилась строгостью правил: в ранний период до 1871 года, согласно описанию, даже не применялись отметки; наказания стремились избегать (как и поощрений), чтобы не развивать самомнение. Вместе с тем жизнь неизбежно ставила свои условия: дисциплинарные меры постепенно закреплялись — от порицательной записи в журнале и оставления после уроков до исключения как высшей меры за такие проступки, как обман, кража, дерзость.
Также приводятся примеры бытовых и регламентных ограничений, влияющих на формирование ученической среды: запрещались прогулы и опоздания после каникул, чтение посторонних книг, длинные волосы, курение, списывание и подсказки. Отдельно отмечается контроль за тем, что учащиеся могут приобретать без ведома воспитателя. В тексте упоминается и практика перлюстрации писем — как элемент усиленного надзора.
Повествование помогает понять, почему для многих гимназия Креймана становилась символом строгости и даже «пугалом», а сама организация учебного процесса воспринималась как особая система, отличная от привычной школьной жизни. Книга будет интересна исследователям истории образования, всем, кто занимается изучением дореволюционной педагогики и школьной дисциплины, а также читателям, увлекающимся темой частных учебных заведений в Москве.
Материал издания содержит историко-прикладные сведения и помогает представить атмосферу школы, её воспитательную философию и реальные механизмы регулирования поведения учеников. Подойдёт как для справочного чтения, так и для включения в коллекцию редких букинистических изданий по истории российской школы.
Главная идея педагогики Креймана — ориентация на классическое образование, выработанное в Западной Европе: программа носила образовательно-воспитательный характер, при этом основная цель сводилась к подготовке учащихся к поступлению в университет. Отдельно отмечается, что преподавательский состав включал ведущих ученых, профессоров и известных священнослужителей — то есть образование строилось на привлечении специалистов высокого уровня.
Особое внимание в тексте уделено дисциплине и повседневному распорядку. Гимназия славилась строгостью правил: в ранний период до 1871 года, согласно описанию, даже не применялись отметки; наказания стремились избегать (как и поощрений), чтобы не развивать самомнение. Вместе с тем жизнь неизбежно ставила свои условия: дисциплинарные меры постепенно закреплялись — от порицательной записи в журнале и оставления после уроков до исключения как высшей меры за такие проступки, как обман, кража, дерзость.
Также приводятся примеры бытовых и регламентных ограничений, влияющих на формирование ученической среды: запрещались прогулы и опоздания после каникул, чтение посторонних книг, длинные волосы, курение, списывание и подсказки. Отдельно отмечается контроль за тем, что учащиеся могут приобретать без ведома воспитателя. В тексте упоминается и практика перлюстрации писем — как элемент усиленного надзора.
Повествование помогает понять, почему для многих гимназия Креймана становилась символом строгости и даже «пугалом», а сама организация учебного процесса воспринималась как особая система, отличная от привычной школьной жизни. Книга будет интересна исследователям истории образования, всем, кто занимается изучением дореволюционной педагогики и школьной дисциплины, а также читателям, увлекающимся темой частных учебных заведений в Москве.
Материал издания содержит историко-прикладные сведения и помогает представить атмосферу школы, её воспитательную философию и реальные механизмы регулирования поведения учеников. Подойдёт как для справочного чтения, так и для включения в коллекцию редких букинистических изданий по истории российской школы.
